Как отмечается в книге «Грузино-абхазская война 1992-93 гг.» историка Валико Пачулия, решение о проведении наступательной операции против Сухумской группировки грузинских войск руководство Вооруженных Сил Абхазии «приняло в связи со сложившейся тяжелой ситуацией на Восточном фронте, где противник систематически предпринимал атаки по всей линии оборонительных рубежей». Однако ввиду неблагоприятных погодных условий и других серьезных причин январская операция не увенчалась успехом. Вместе с тем, Вооруженные силы Абхазии нанесли ощутимый удар по противнику в живой силе и технике.

Его потери составили 2 танка, 2 установки БМ-21 «Град», 3 орудийных расчета, 3 огневые точки и около 150 человек убитыми и ранеными. Со стороны Вооруженных сил Абхазии погибло 35 человек.

Министр обороны генерал-лейтенант Султан Сосналиев говорил: «Многие считают январскую и мартовскую операции по наступлению на Сухум неудачными, но это не совсем соответствует истине. В тех условиях главной задачей было отработать управление войсками в широкомасштабных операциях, нащупать сильные и слабые стороны противника, превосходящего нас в численности живой силы в 4 раза и в 15-20 раз в артиллерии. Именно благодаря приобретенному тогда боевому опыту удалось удачно провести сентябрьскую операцию ...».   

«Когда спустя несколько дней в Сухуме состоялся обмен группы грузинских военнопленных на 23 тела погибших в наступлении абхазских бойцов, выяснилось, что грузинскими военными совершена новая бесчеловечная акция: 9 - 10 января они умертвили 12 военнопленных абхазов и русских. Судебно-медицинская экспертиза установила, что их убили незадолго до выдачи трупов (тела не успели даже остыть), а перед смертью подвергли жестоким пыткам», –  написал журналист Виталий Шария в книге «Абхазская трагедия».