В МИД Абхазии резолюцию, принятую без учета мнения абхазской стороны, назвали абсолютно нежизнеспособной.

Предлагаем вниманию читателей Апсныпресс полный текст комментария МИД РА.

****

Принятая 4 июня 2026 года на 80-й сессии ГА ООН очередная ангажированная резолюция по беженцам из Абхазии и Южной Осетии представляет собой сугубо политический жест, полностью оторванный от реальной заботы о правах человека. Налицо результат скоординированного давления коллективного Запада, стремящегося любыми путями искусственно удержать грузинскую повестку в фокусе внимания.

Главным изъяном этой резолюции, полностью лишающим документ практического смысла, остается ее тотальная однобокость. Процедура обсуждения в очередной раз прошла по глубоко дискриминационному сценарию: Республика Абхазия традиционно не была выслушана на площадке Генеральной Ассамблеи ООН. На протяжении многих лет позиция Республики Абхазия упорно игнорируется, что лишает ее права голоса, возможности представлять объективную информацию и защищаться от клеветы с трибуны ООН. В таких условиях ежегодное заседание превращается в срежиссированный монолог грузинской стороны, где обсуждаемая проблема искусственно изолирована от позиций тех, кто реально обеспечивает безопасность и правопорядок на территории Республики Абхазия.

Результаты голосования следует рассматривать не как свидетельство «гуманитарного прорыва», а как прямое следствие жесткого кулуарного давления стран коллективного Запада на развивающиеся государства. В условиях глобального геополитического противостояния Вашингтон и Брюссель задействовали весь арсенал рычагов - от финансовой помощи до политического шантажа, - чтобы расширить пул соавторов резолюции до 68 государств и принудить наиболее уязвимые страны проголосовать «за» либо воздержаться. Синхронные выступления соавторов резолюции на Генассамблее носят явно скоординированный характер и преследовали единственную цель - создать ложную иллюзию «глобальной изоляции» Республики Абхазия и Российской Федерации.

Примечательно, что кулуарная активность в Нью-Йорке совпала с очередным витком внутриполитического противостояния внутри самой Грузии. Буквально накануне сессии ГА ООН оппозиционная партия «Единое национальное движение» (ЕНД) дала старт масштабной популистской кампании под лозунгом «Помни Абхазию», представив пакет так называемых «десяти инициатив» (включающих виртуальные проекты регистрации имущества «Мой дом», создание симулякров органов власти в изгнании и т. д.). Оппозиция открыто сетовала на то, что «абхазский вопрос исчезает из международной повестки». Именно для нейтрализации этих страхов и демонстрации «неизменной международной поддержки» западные покровители Грузии мобилизовали максимальный дипломатический ресурс в ООН, пытаясь искусственно реанимировать угасающий интерес к грузинским притязаниям.

Победные заявления, с которыми немедленно выступили как МИД Грузии, так и Постпред Грузии при ООН Давид Бакрадзе, носят сугубо декларативный характер и преследуют внутриполитические цели. Для правящей «Грузинской мечты» искусственное удержание планки в 107 голосов - это не более чем попытка выдать желаемое за действительное и убедить собственно общество в мнимых успехах стратегии «мирной реинтеграции».

Однако, несмотря на то, что Грузия и ее западные покровители преподносят итоги голосования 2026 года как успех, в практическом измерении эта резолюция остается абсолютно нежизнеспособной. Ни виртуальные проекты ЕНД, ни ежегодные компиляции Секретариата ООН, принятые без участия Республики Абхазия, не способны изменить сложившиеся политико-правовые реалии. Суверенный статус Республики Абхазия, восстановленный волей абхазского народа в соответствии с нормами советского и международного права, сегодня надежно гарантирован двусторонними соглашениями с Российской Федерацией. Попытки Грузии интерпретировать это как «оккупацию» - не более чем пропагандистский штамп, призванный замаскировать собственную историческую ответственность за развязывание вооруженной агрессии 1992-1993 годов.

Заявления представителей ЕНД о том, что «наши граждане, вынужденно перемещенные из Абхазии» на протяжении трех десятилетий вынуждены выживать в тяжелейших социально-экономических условиях, обнажают истинное лицо грузинской государственной политики. Грузия сознательно удерживает собственное население в заложниках нищеты, используя его исключительно как живой политический щит и электоральный ресурс. Если грузинское государство за треть века оказалось неспособно помочь тем, кого оно называет «своими гражданами», то какова цена всем подобным резолюциям?

Обвинения в «этнических чистках и геноциде», а также систематическое тиражирование манипулятивных данных - это составной элемент предпринимаемых Грузией попыток переложить вину с агрессора на жертву. Претензии на «исконную принадлежность» грузинского населения к территории Республики Абхазия несостоятельны. Массовое переселение картвельских субэтносов на абхазские земли являлось результатом целенаправленной колонизации: сначала в рамках миграционных волн второй половины XIX века, а затем - в сталинско-бериевский период, когда по программе «Абхазпереселенстрой» директивно и искусственно менялся демографический баланс Абхазии.

Несмотря на деструктивную позицию Грузии, Республика Абхазия неоднократно демонстрировала добрую волю. Еще в марте 1999 года в одностороннем порядке Сухум инициировал процесс возвращения беженцев - жертв грузинской агрессии - в Гальский район Республики Абхазия. Однако эта гуманитарная инициатива была преднамеренно сорвана грузинской стороной, использовавшей людей в качестве инструмента политического давления. Жителей запугивали, у них изымали документы, а против членов абхазской Правительственной комиссии устраивали диверсии и теракты. В результате этих провокаций погибло 117 миротворцев, находившихся на территории Республики Абхазия в соответствии с международным мандатом.

Тем не менее на сегодняшний день на территорию Республики Абхазия самостоятельно вернулись десятки тысяч этнических грузин, что полностью опровергает любые тезисы об их дискриминации. Более того, тиражируемая грузинской стороной статистика беженцев вызывает ряд вопросов. По имеющимся данным, как минимум треть этих лиц давно приобрела гражданство третьих стран. Согласно законодательству самой Грузии и нормам международного права, добровольное приобретение гражданства другого государства или постоянное обустройство в нем автоматически прекращает статус беженца. Отдельно следует подчеркнуть, что лица, принимавшие участие в военных действиях против многонационального народа Абхазии и совершившие военные преступления, в соответствии с международными стандартами не подпадают под категорию беженцев и лишаются соответствующего статуса.

Инициативы ЕНД, связанные с «выборами в Верховный совет Абхазии», программами регистрации имущества «Мой дом» и финансированием так называемого Сухумского университета в Тбилиси, носят сугубо виртуальный характер и не имеют никакого отношения к реальности. На всей территории Республики Абхазия действуют исключительно Конституция и национальное законодательство Республики Абхазия. Попытки Грузии выдавать какие-то «справки» на абхазские земли являются ничем иным, как юридическим абсурдом.

В международной практике ответственность за разрушения всегда возлагается на сторону, совершившую акт агрессии. Именно войска Госсовета Грузии 14 августа 1992 года вероломно вторглись на абхазскую землю, принеся смерть и разрушения. В связи с этим возникает закономерный вопрос: когда организаторы военной агрессии и их сегодняшние последователи ответят за уничтоженную мирную жизнь и возместят колоссальный материальный ущерб многонациональному народу Республики Абхазия?

Грузинский политический класс единодушно продолжает использовать проблему беженцев тридцатилетней давности как электоральный инструмент и живой щит. Единственным жизнеспособным путем для Грузии остается не штамповка ангажированных документов в Нью-Йорке, а признание сложившихся политико-правовых реалий и подписание юридически обязывающего соглашения о неприменении военной силы против Республики Абхазия.