Депутаты проголосовали за принятие отчета об исполнении республиканского бюджета за 2025 год.
В окончательном чтении приняты поправки к закону о Банке Абхазии, обязывающие его перечислять 30% прибыли в республиканский бюджет и ограничивающие лимиты кредитных ресурсов.
Принят закон, обязывающий вновь избранных депутатов приносить присягу исключительно на государственном абхазском языке. Отказ от нее лишает права приступить к депутатским обязанностям.
В первом чтении одобрен проект принципиально нового Земельного кодекса, а также дополнения в Гражданский процессуальный кодекс РА, расширяющие права прокурора на защиту социально уязвимых слоев граждан в суде.
В первом чтении принят базовый проект закона «О патентной системе налогообложения».
Во втором чтении принят законопроект, устанавливающий, что граждане, осужденные за умышленное тяжкое преступление, не имеют права баллотироваться в течение 10 лет после снятия или погашения судимости, а за особо тяжкое – в течение 15 лет.
Не удалось принять несколько изменений в Конституционный законе «О выборах депутатов Народного Собрания – Парламента Республики Абхазия», так как для этого требовалось не менее двух третей голосов депутатов.
Отклонено предложение увеличить срок запрета на публикацию данных социологических опросов избирателей с 10 до 30 дней до выборов.
Парламент не поддержал введение временного запрета на прописку и перепрописку граждан, достигших 18 лет, со дня назначения выборов до подведения их итогов.
Депутаты отклонили изменение, касающееся запрета на начало и проведение ремонтно-строительных работ, финансируемых из республиканского или местных бюджетов, в течение двух месяцев до дня голосования и до официального опубликования результатов выборов.
Депутаты также сняли с повестки дня внесение в закон о выборах депутатов Парламента изменения, устанавливающего требование о постоянном проживании кандидата в Абхазии не менее пяти последних лет перед днем выборов.
Активную диискуссию среди парламентариев вызвало предложение о введении ограничений пассивного избирательного права для лиц, имевших судимости за тяжкие и особо тяжкие преступления.
В ходе обсуждения полпред президента в парламенте Дмитрий Шамба напомнил о международной практике, отметив, что введение пожизненного запрета на участие в выборах признавалось судами несоответствующим конституционным нормам.
«Пожизненные запреты не могут вводиться, лишать граждан пассивного избирательного права пожизненно недопустимо. При этом в рамках действующего законодательства срок снятия судимости по тяжкому преступлению составляет 6 лет, по особо тяжкому — 8 лет. Однако уголовное законодательство предусматривает механизм досрочного снятия судимости. У нас уже были прецеденты, когда лица перед выдвижением кандидатами в депутаты Парламента в судебном порядке добивались снятия судимости и принимали участие в выборах», – пояснил Шамба.
Против предложенных ограничений выступил депутат Кан Кварчия, поставивший под сомнение целесообразность введения дополнительных сроков.
«Человек отбыл наказание по приговору суда, после этого по закону еще 8 лет не имеет права нигде избираться. И к этому мы добавляем еще 10 лет? Зачем мы это делаем, в чем целесообразность? Даже если суд досрочно снимет с него судимость, по этой формулировке он все равно не сможет баллотироваться 10 лет по тяжкому преступлению и 15 лет — по особо тяжкому. При этом пойти работать в правительство или стать министром ему нигде не запрещено, то есть в парламент он не пойдет, а министром пойти сможет», — подчеркнул Кварчия.
Позицию комитета по государственно-правовой политике озвучил его председатель Даут Хутаба, отметив, что в комитете детально рассмотрели проект закона и рекомендовал его к принятию.
С правовым обоснованием инициативы выступила представитель председатель Верховного суда Саида Бутба, указав на различие между уголовным наказанием и избирательным цензом.
«Все последствия совершения преступления определены уголовным законодательством, и одним из них является судимость. Изменение статуса судимости происходит за рамками этого процесса, данный законопроект этого вопроса не касается. Документ определяет исключительно необходимость дополнительных ограничений, связанных с судимостью — не в рамках уголовного преследования человека, а в рамках иных последствий. В частности, возможности стать депутатом», — заявила Бутба.
В пользу ужесточения требований к кандидатам высказался и представитель Генеральной прокуратуры Дмитрий Кобахия.
«Позиция Генеральной прокуратуры в этом вопросе заключается в поддержке законопроекта. Как надзорный орган, мы считаем целесообразным усиление требований к кандидатам в депутаты Народного Собрания», — отметил Кобахия.
Еще одной темой, вызвавшей активное обсуждение среди депутатов, стало предложение вернуть в закон ограничение на предельную сумму расходов избирательного фонда кандидата в депутаты Парламента в размере 30 тысяч минимальных размеров оплаты труда (МРОТ), а также восстановить норму об аннулировании регистрации кандидата в случае превышения этого лимита.
Против установления жестких финансовых рамок выступил депутат Даут Хутаба, усмотрев в этом риски возникновения судебных споров по итогам голосования.
«Главное, чтобы мы сами себе не создали проблемы. Граждане, которые будут заинтересованы в определенном исходе выборов, или те кандидаты, которые проиграют, начнут детально пересчитывать каждый факт расходов. Я против возвращения этой нормы», — аргументировал свою позицию Хутаба.
Полпред президента Дмитрий Шамба напомнил депутатам предысторию вопроса и пояснил юридическую необходимость изменений.
«Хочу напомнить, что ранее принятыми поправками из закона были полностью сняты все ограничения на предельный объем расходов на избирательную кампанию. Соответственно, из него исключили и норму об аннулировании регистрации кандидата за превышение лимитов. Сейчас предлагается вернуть оба этих механизма в действующее законодательство».
Депутат Беслан Эмрухба поинтересовался механизмами контроля за расходами, которые осуществляются не напрямую кандидатом, а сторонними организациями или активистами.
«Как быть, если какая-то рекламная компания решит по собственной инициативе изготовить буклеты или баннеры с призывами в поддержку кандидата? Как мы сможем это проконтролировать и кому в таком случае будут выставляться претензии?» — спросил Эмрухба.
Дмитрий Шамба пояснил, что подобные действия четко регламентированы действующими правовыми нормами:
«По закону, если организация или гражданин Республики Абхазия оказывают содействие кандидату не в денежной, а в натуральной форме, – например, издают рекламную продукцию, – то производится официальная оценка стоимости этой продукции. Данная сумма признается пожертвованием и в обязательном порядке учитывается в общих расходах избирательного фонда. Даже если деньги не перечислялись на расчетный счет напрямую, стоимость этих услуг должна быть отражена в финансовой отчетности фонда кандидата».
Дискуссия вокруг запрета на участие иностранцев в избирательном процессе переросла в детальный разбор юридических формулировок и возможных последствий для кандидатов.
Депутат Кан Кварчия призвал коллег внимательно изучить текст документа и не путать понятия.
«Обратите внимание на суть и содержание закона. Здесь нет понятия "политтехнологи". Здесь говорится совсем о другом — об осуществлении иностранными гражданами, лицами без гражданства, международными организациями и международными общественными движениями деятельности, способствующей либо препятствующей подготовке и проведению выборов депутатов Парламента».
Кварчия также добавил, что предложенные нормы не являются уникальными:
«Это законодательство практически переписано с российского законодательства. Мы ничего нового не придумали. Весь мир принял это для себя и использует как защитный механизм».
В свою очередь, депутат Эшсоу Дочия усмотрел в законопроекте риски чрезмерно широкого толкования, которое может затронуть даже личные связи кандидатов:
«Если к нам просто приедут друзья — иностранные граждане, имеющие российское гражданство, которые захотят нас поддержать, они ведь тоже автоматически попадают под действие этого запрета? Получается, что в период предвыборной кампании кандидат сразу окажется под ударом».
Беслан Эмрухба предложил исполнительной власти или самим депутатам разработать альтернативный механизм:
«Можно ли реализовать это сегодня через исполнительную власть? Мы можем сами разработать законопроект, по которому будем двигаться дальше, чтобы не вводить тотальных ограничений. Я выступаю не за конкретные политические силы, а исключительно за справедливый и прозрачный подход».
Дмитрий Шамба пояснил, почему на данном этапе компромиссные варианты с привлечением иностранных консультантов не заложены в проект:
«Если говорить о процедуре привлечения специалистов по договору в качестве политтехнологов, то для начала необходимо дать четкое юридическое определение в законодательстве, кто такой "политтехнолог" или консультант. Но если мы разберем действующий закон, например статью об агитации, то там четко прописано: право агитировать "за" или "против" имеют исключительно граждане Республики Абхазия. То же самое касается выдвижения в инициативной группе или сбора подписей — это всегда было исключительным правом наших граждан».
Шамба резюмировал, что в предложенной редакции компромиссы не предусмотрены:
«На сегодняшний день деятельность иностранных консультантов в законе никак не регулируется. В материалах, предложенных сейчас к первому чтению, заложена жесткая норма: иностранные граждане и лица без гражданства ни в каком качестве не могут участвовать в избирательном процессе».
Не обошлось без полемики и вокруг внесения изменения в статью 25 закона «О выборах депутатов Народного Собрания - Парламента Республики Абхазия», которым предлагалось увеличить срок запрета на опубликование результатов опросов общественного мнения, связанных с парламентскими выборами, с 10 до 30 дней до дня голосования.
Депутат Дмитрий Маршания выступая инициатором законопроекта отметил, что количество дней может меняться.
«Если мы сократим этот срок до 15 дней, то придется обосновывать изменения. Я не против компромисса: можно сделать и 15, и 20 дней — это не принципиально. Главное — определиться с целью.
Ссылка на практику многих стран (например, Италии или России) показывает, что временные ограничения на публикацию опросов вводятся для защиты избирателей. Публикация рейтингов в преддверии выборов оказывает психологическое давление на граждан. Что касается проблемы нелегальных опросов, то мы изначально разграничили эти понятия в проекте и решили вынести данный вопрос в отдельный закон. Не вижу в текущем проекте ничего плохого, но готов поддержать любой согласованный срок», – пояснил он.
Полномочный представитель президента Дмитрий Шамба отметил, что когда рассматривали законопроект целиком, со всеми включенными поправками, норма об увеличении срока была предложена на основе конкретного периода — от начала регистрации кандидатов до дня голосования.
«Цель заключалась в том, чтобы запретить публикацию результатов опросов общественного мнения сразу после того, как кандидаты официально зарегистрированы. Однако важно понимать: данное ограничение касается исключительно легальных социологических исследований. Любые фейковые публикации и интернет-голосования, о которых вы упоминали, мы не сможем остановить, какие бы жесткие нормы сейчас ни приняли. Следовательно, эта норма никак не направлена на регулирование так называемого интернет-пространства», – сказал он.
Дискуссия развернулась и по поводу тестирования кандидатов в депутаты Парламента на предмет знания государственного языка
Итог месячных споров в обществе подвел спикер Парламента Лаша Ашуба, который указал на обилие недостоверной информации вокруг этой инициативы.
«За этот месяц тема вызвала бурное обсуждение в обществе, появилось множество «экспертов». Но большинство озвученных мнений далеки от реальности. Зачастую люди спорили, даже не зная предыстории: требование к кандидатам в депутаты обязательно владеть абхазским языком было принято еще в 2022 году парламентариями шестого созыва», — напомнил Ашуба.
Спикер разъяснил техническую суть рассматриваемых изменений, связав их с необходимостью сохранения идентичности:
«Законопроект, который мы рассматриваем сейчас, напротив, призван упорядочить процесс и создать специальную лингвистическую комиссию при ЦИК. Именно она определит формат и порядок проведения экзамена. Возможно, в будущем нам придется внести еще ряд технических правок. В обществе есть разные мнения на этот счет, но для нас это прежде всего вопрос сохранения абхазского языка — и я не побоюсь об этом заявить», – сказал Ашуба.
Спикер Парламента также затронул системные проблемы функционирования государственного языка и обозначил пути их решения, включая современные технологические подходы.
«Я и себя считаю виноватым в том, что абхазский язык сегодня мало звучит в госорганах и обществе. Каждому из нас нужно работать над собой и предпринимать реальные шаги. Это сложный процесс: сейчас фактически весь документооборот идет на русском. Но главная боль абхазского народа в другом — сегодня родным языком свободно владеют далеко не все. И мы обязаны изменить эту ситуацию», — подчеркнул Ашуба.
Спикер напомнил, что первые шаги в этом направлении предпринимались давно, однако они не принесли ожидаемых результатов:
«Базовый закон был принят еще в 2007 году, позже вносились пояснения, но ожидаемого эффекта мы так и не получили. Эту систему нужно стимулировать. Сегодня мы даже привлекаем искусственный интеллект — запускаем большую программу с ИИ для изучения языка. Хотя, конечно, учить его лучше с детства. При этом подчеркну: наши шаги никак не ущемляют права других народов. Центральная избирательная комиссия будет применять гибкий подход. А норма, которую мы утверждаем сегодня, — это лишь уточнение и в чем-то даже упрощение требований, принятых нами в 2022 году. Не более того, отметил Лаша Ашуба.
Необходимость защиты государственного языка с опорой на научные данные и историческое наследие поддержал депутат Геннадий Цулая.
«Это абсолютно верно. В Конституции Республики Абхазия, в статье 6, четко прописано, что наряду с абхазским языком русский язык также признается языком государственных учреждений. Однако сегодня речь идет о физическом сохранении абхазского языка. Нашими лингвистами и учеными доказано: в силу малочисленности абхазского этноса существует реальная тенденция, при которой мы можем полностью потерять родную речь. Мы ни в коем случае не имеем права этого допустить», — заявил Цулая.
Депутат также напомнил коллегам об исторических заветах основателей современного абхазского государства:
«Помните, когда выступал Зураб Ачба, он говорил, что первое и главное, что мы обязаны сделать после победы в войне — это закрепить и защитить государственный абхазский язык. И сегодняшнее решение Парламента полностью соответствует этому курсу».
Точку в обсуждении порядка тестирования кандидатов на знание государственного языка поставили Дмитрий Шамба и депутат Винори Бебия.
Дмитрий Шамба еще раз подчеркнул исключительно процедурный характер рассматриваемого документа:
«Как совершенно верно было отмечено, здесь речь идет не об установлении нового языкового ценза. Представленный законопроект закладывает четкий механизм реализации той нормы, которую принял еще шестой созыв. Центральная избирательная комиссия при регистрации кандидатов должна иметь прописанную в законе процедуру. Это необходимо, чтобы избежать судебных тяжб между кандидатами, баллотирующимися в одном округе, и исключить споры по итогам выборов. Законопроект определяет, что тестирование осуществляет специальная лингвистическая комиссия. Данная норма позволяет реализовать на практике положения 2022 года».
Депутат Винори Бебия призвал общественность не реагировать на недостоверные публикации в информационном пространстве и обратил внимание на реальную ситуацию с владением языком депутатским корпусом:
«Уважаемые коллеги, хочу добавить, что мы принимали эту норму еще в шестом созыве. В последние дни в медиа распространяется много недостоверной информации о том, чего на самом деле в законе нет. Хочу подчеркнуть: из 31 депутата текущего созыва 29 человек свободно и хорошо говорят по-абхазски. Я и сам нахожусь среди тех немногих, кто пока владеет им не в совершенстве. Проблема абхазского языка лежит точно не в плоскости Парламента, и люди должны это понимать — здесь практически все нормально или отлично владеют родной речью».
Бебия также предложил перейти к практическим шагам по научно-методическому обеспечению принятых норм:
«После того как мы проголосуем за этот закон, я надеюсь, профильный комитет по образованию пригласит представителей нашего научно-исследовательского института и Академии наук. Необходимо предметно спросить ученых: какие современные методы и программы обучения они разработали с 2022 года? Ведь к реализации этого закона нужно детально подготовить и саму научную базу».
Особо эмоциональным моментом заседания стало обсуждение практических последствий применения норм о языковом тестировании для ветеранов Отечественной войны народа Абхазии и представителей некоренных национальностей.
Депутат, Герой Абхазии Галуст Трапизонян выразил обеспокоенность тем, что жесткие временные рамки могут ограничить избирательные права заслуженных граждан, не успевших в силу объективных причин освоить государственный язык на необходимом уровне.
«Я полностью поддерживаю необходимость защиты государственного языка. В октябре 1992 года я был одним из первых, кто принимал присягу в качестве замкомандира. Прошел тяжелейшие военные операции, а ровно 33 года назад, именно в этот день, 22 июля, подорвался на мине и потерял ногу. Я дал клятву и был готов отдать жизнь за Абхазию. Мы делом доказываем преданность стране: буквально четыре дня назад открывали детские сады, где армянская община софинансировала строительство на миллионы рублей. И мы сами предложили Президенту, чтобы воспитатели там были абхазоязычными, чтобы дети любой национальности — русские, армяне — с детства знали государственный язык. Я голосую за это. Но сегодня, сидя в Парламенте спустя 33 года после войны, я понимаю, что из-за отсутствия возможности выучить язык на должном уровне я или другие ветераны не сможем участвовать в выборах. Возникает вопрос справедливости по отношению к тому пути, который мы прошли», — поделился Трапизонян.
Спикер Парламента Лаша Ашуба призвал коллегу не воспринимать данные законодательные изменения как ограничительные меры, направленные против конкретных лиц или групп.
«Галуст Парнакович, из вашего выступления складывается ощущение, будто Парламент принимает решения лично против вас или направленные на ущемление ваших прав. Но это совершенно не так, суть законопроекта принципиально иная», — отметил Ашуба.
В дискуссию вступил депутат Кан Кварчия, который призвал разделять священный воинский долг перед Родиной и стратегические государственные задачи по спасению абхазского языка.
«Давайте я как ветеран ветерану отвечу. Мы вас безмерно уважаем, ценим ваш колоссальный вклад и боевые заслуги. Но нельзя ставить вопрос в такую плоскость и увязывать сохранение абхазского языка с тем, будет ли конкретный человек присутствовать в Парламенте или нет. Все, что мы сделали во время войны как патриоты и граждане Абхазии, — это был наш священный долг. За выполнение долга перед Родиной никто не должен требовать особых преференций в законодательстве. Вы два созыва достойно отработали в Парламенте, страна вас полностью поддержала, и это было абсолютно правильно», — подчеркнул Кварчия.
Депутат указал на то, что для малочисленного абхазского народа вопрос владения языком в высшем законодательном органе является вопросом выживания.
«Не нужно переводить это в плоскость личных обид. От этого решения зависит будущее нашего малочисленного народа — будем мы носителем своей идентичности или нет. Ваше эмоциональное выступление понятно, но мы с вами как ветераны просто выполнили свой долг, как и каждый гражданин Абхазии. В данном проекте речь идет исключительно о государственном строительстве. То, что кто-то сейчас не сможет баллотироваться, вызывает искреннее сожаление, но сам базовый закон с этими требованиями был принят не сегодня, а еще несколько лет назад», — резюмировал Кан Кварчия.
